«Маски-шоу» банкиров

9 марта 2011 года был бы обычным рабочим днем для миллионов граждан Украины, если бы не определенный осадок (у каждого свой), оставшийся после длительных выходных, накладывающий отпечаток на настроение соотечественников, вынужденных выходить на службу.

9 марта 2011 года был бы обычным днем для сотен тысяч граждан Украины — заемщиков банков, если бы в этот день не вступила в силу новая редакция Закона «Об исполнительном производстве». Жизнь этой прослойки населения может заметно измениться – новая редакция закона расширила права исполнительной службы по отношению к должникам банков. Нелегко давать объективную оценку законодательных изменений, тем более, что пока мало кто их ощутил на «собственной шкуре». Можно попробовать сугубо умозрительно представить последствия нескольких ключевых пунктов новой редакции закона.

Пожалуй, наибольший резонанс вызывает появившаяся у госисполнителей возможность производить арест имущества должника. С учетом высокой популярности (в недавнем прошлом) ипотечного кредитования многие расценивают это следующим образом: если заемщик не погашает в установленный кредитным договором срок основную сумму займа и проценты по нему (а того хуже – и вовсе не платит банку по кредиту), то эту самую квартиру, как предмет ипотеки, банк изымет. Вполне ожидаемо, что многие покупатели кредитного жилья не на шутку встревожились.

Но тут надо сказать, что в реальности проблема просроченных долгов по ипотеке в чистом виде не так страшна. Я имею в виду те долги, которые образовались по объективным причинам. Все-таки жилищные займы обеспечены залоговым имуществом. Куда острее на данном рынке стоит вопрос мошенничеств. Ведь это не потребительская ссуда или кредитная карта, с которой может пропасть, ну, скажем, 3-5 тыс. гривен (что, впрочем, тоже весьма неприятно). Ипотечные кредиты, как правило, достигают сотен тысяч, а то и миллионов, гривен. Только в столице потери банков  могут достигать миллионов долларов, особенно если речь идет об элитном жилье. Чем выше цена вопроса, тем изощреннее мошенники — они готовят фальшивые экспертизы и оценочные заключения, предоставляют подложные справки о доходах и даже краденые документы. И в решении этой проблемы исполнительная служба – не помощник.

В сфере ипотечного кредитования мошенничество может носить очень специфический характер. До кризиса нельзя было сказать о том, что обман в жилищном кредитовании носил массовый характер. Во-первых, процедура проверки ипотечного заемщика длительная и детальная. Банки стремятся выяснить все обстоятельства: историю жизни, зарплату, семейное положение. Проводится несколько собеседований с заемщиком и членами его семьи. Во-вторых, обеспечением по кредиту выступает недвижимость, ее невозможно вывезти к друзьям на дачу или спрятать в гараж дальнего родственника, как это бывает с бытовой техникой или автомобилями. Поэтому мошенник заранее понимает, что в случае непогашения кредита рискует потерять жилье.

С наступлением кризиса ипотечных злоумышленников стало меньше. Но это не значит, что они совсем исчезли. Просто они стали выше классом, причем чаще такие примеры встречаются в сегменте коммерческой ипотеки. Известны случаи, когда руководители предприятия в процессе банкротства пытаются за взятку снять обременение с заложенной недвижимости, чтобы переписать ее на новое юридическое лицо. Это — один из множества примеров так называемого «стряхивания» обеспечения.  Нормы новой редакции Закона «Об исполнительном производстве» не дают возможности бороться с подобным «творчеством».

Конечно же, бывает, заемщики мошенничают, что называется «не со зла». Например, чтобы усложнить кредитору взыскание жилой недвижимости «опытный» заемщик всеми правдами и неправдами вписывает в квартиру несовершеннолетних детей. Данный вопрос не обойден вниманием вступившими в силу изменениями в Закон «Об исполнительном производстве». Вот только позитивных изменений для банков в этом плане нет:  изменения и ужесточения не коснулись несовершеннолетних жильцов «залоговых» квартир – их по-прежнему нельзя выселять, не предоставив другого жилья.

Вообще же, зачастую определить мошенника по наличию-отсутствию платежей не удается. Он может некоторое время платить по кредиту, а затем надеть маску «порядочного человека с временными финансовыми проблемами», а впоследствии «внезапно захочет» отсудить квартиру у банка. Трактовка некоторыми украинскими судами кредитов, предоставленных в иностранной валюте, дает подобным «виртуозам» дополнительные шансы. В этом аспекте новая редакция Закона жизнь кредитору ничем не облегчает – дело просто не доходит до исполнительного производства, так как суды принимают стороны ушлых должников.

Вторым по степени важности с моей точки зрения является следующий момент новой редакции Закона «Об исполнительном производстве»: теперь открытые торги по реализации имущества будут проводиться только в отношении движимого имущества, а изъятые у нерадивых или жуликоватых должников квартиры, дома и земельные участки будут реализовывать через комиссию, а не публично. То есть насколько выгодно продадут арестованное имущество, будет зависеть от организатора закрытых торгов (комиссионера). Если меня попросят привести аргументы в пользу того, что этот пункт не будет способствовать буйному расцвету коррупции, то я вряд ли смогу их изыскать.

Поэтому рискну дать совет тем заемщикам, которые пришли к выводу о невозможности погашения ипотечного кредита: договаривайтесь с банками о продаже залога, не доводя дело до суда и вмешательства госисполнителей.

Схема продажи залогового имущества (если по нему не идет судебный спор) проста. Собственником кредитной недвижимости является заемщик, а банк выступает только держателем залога. Поэтому, если речь идет о продаже имущества по взаимному согласию, без привлечения судебных инстанций и госисполнителей, продавцом фактически выступает сам заемщик, а банк лишь участвует в согласовании стоимости. То есть, заемщик сам реализует имущество по согласованной с банком цене под контролем банка, вырученные средства идут на погашение кредитной задолженности.

Не правда, ли подобная процедура намного прозрачнее той, что прописана в отношении земли и недвижимости в новой редакции Закона «Об исполнительном производстве»? Кто-то оспорит, что описанный в предыдущем абзаце вариант несет куда больше выгоды и заемщику и банку? Конечно, при этом заемщику стоит помнить, что время играет против него в случае продажи имущества, находящегося в залоге у банка. Ведь банки далеко не всегда «замораживают» на период реализации имущества пени и штрафы, взимаемые за просрочку платежей.

Еще один пункт законодательного акта вызывает у меня большой вопрос. Теперь если кредитор обратился в суд по «долговому вопросу», гражданина-должника не выпустят за пределы Украины. А теперь давайте представим, сколько времени отечественные суды могут рассматривать подобное дело, сколько раз слушания могут быть отложены… И все это время заемщик не сможет выехать за границу.

Я бы согласился с этой мерой, если бы речь шла о вынесенном и вступившим в законную силу решении суда, признающем наличие просроченного долга, после чего граница для таких должников была бы замке, и охранял бы ее от должника легендарный Карацупа с Джульбарсом. А так разве кто-то застрахован от того, что полгода-год он не сможет выехать за пределы родины, а потом суд признает, что оснований для претензий нет и не было. Указанный пункт – эффективный  способ давления на любого из нас (включаю варианты с вовремя не оплаченной электроэнергией или штрафом за парковку в неположенном месте  — ведь речь идет не только о задолженности по кредитам).

Также новая редакция закона ограничивает процессуальные права должника относительно обжалования исполнительных процедур: если решение суда не в его пользу вступило в силу, обжаловать его никак нельзя. Мой комментарий будет краток: а как это вяжется с конституционным правом каждого гражданина Украины на обжалование решений судов в апелляционной и кассационной инстанциях? Ведь даже вступившее в законную силу решение суда можно обжаловать на протяжении так называемого срока исковой давности.

Подводя итог беглого анализа вступившего в силу обновленного закона «Об исполнительном производстве» замечу, что в Украине действительно остро стоит проблема преимущества прав должника над правами кредитора. Пожалуй, определенные подвижки для ее решения сделаны. Но то, что ряд норм новой редакции закона создает предпосылки для коррупционных действий, для оказания давления на граждан, да и вообще ограничивает определенные конституционные права, вряд ли дает повод для оптимизма.

С моей точки зрения, день 9 марта 2011 года не стал поворотной точкой в качественном изменении отношений в неразлучном тандеме «должник-кредитор».

Напечатать эту запись Напечатать эту запись
Вячеслав Бутко 16.03.2011 12:42.

Размещено в: Актуально, Экономика.
  1. SEMKA

    «Чем выше цена вопроса, тем изощреннее мошенники – они готовят фальшивые экспертизы и оценочные заключения, предоставляют подложные справки о доходах и даже краденые документы. И в решении этой проблемы исполнительная служба – не помощник».
    А с каких хуторов это должно волновать исполнительную службу? Это должо волновать ментов, а исполнителям сказали фас, они и выполняют. Аффтору незачет

    • Вячеслав Бутко

      to SEMKA
      А Вы вдумайтесь в то, что я написал — кратко говоря это так: «есть большая проблема, на которую исполнительная служба не влияет». Так в чем же смысл Вашей (на «ты» мы не переходили) претензии?
      К тому же матюки на этом сайте писать не надо.

Ответить

Фотогалерея